promedol.com

Александр Алисын. "Снабженцы мертвецких".

«Бог создал лекарства из земли,
и он, мудрый, не возненавидит их…»

 

Экклезиаст.

На протяжении всей своей истории человечеством предпринимались попытки найти средство от всех болезней. Сначала взоры доморощенных исследователей обращались к растительному и животному царству, небезопасным вояжам в потусторонний мир — шаманству, затем, с развитием химии, в ал- и ятрохимию.
В обозримом прошлом произошло несколько событий, которые окончательно сдвинули поиски на скользкую стезю органического синтеза, отодвинув, и, быть может навсегда, все то хорошее, что было достигнуто в фармакогнозии и биологии.

В свою очередь, успехи в области генетических исследований заставляют думать, что в недалеком будущем Органическая химия перестанет быть Королевой Фармации, и добровольно отдаст свою корону более удачливым потомкам от науки, оставив в памяти человечества как несомненные сиюминутные достижения в борьбе с целым рядом заболеваний, так и появившиеся проблемы, связанные с дополнительно загрязненной средой обитания, недостаточной изученностью поведения искусственно синтезированных веществ в биологическом организме, и, что естественно, совершенной невозможностью оценить, как уже имеющийся вред (или пользу?), так и то, что произойдет потом.


Однако, все запланировано, деньги вложены, специалисты научены, заводы построены… И не вся прибыль получена: ещё остались живые.

Подсчитано количество имеющихся клиентов-пациентов, количество здоровых (вернее, недообследованных) — потенциальных пациентов. А ещё мир щекочут «эпидемии», в телевизор залазят актеры в белых халатах, сотрясая воздух мудреными словами типа «пандЕмия» или «пробИотик», артистически кривляясь, но заставляя внимающих бояться… И покупать, покупать, покупать…

Лекарственные препараты всегда были большой и редкой ценностью, обладание которой автоматически выводило счастливца в ранг сверхчеловека.
В стародавние времена героического эпоса, абсолютный герой, победив физически или морально злое вражеское отродье, наряду с конфискацией средств уничтожения, будь то Меч-Кладенец, или совсем не лишняя часть тела какой-нибудь Медузы Горгоны, в качестве контрибуции добывал и какое-нибудь снадобье, в виде живой-мёртвой воды и модифицированных (наверное, генетически) яблочек, а также фетиш, заменявший тогда достижения физической мысли и позволявший передвигаться во времени и пространстве.

И ещё не забыты те времена, когда создание нового лекарственного препарата становилось событием года, или десятилетия — в зависимости от количества страждущих и исцелённых. Виновников создания любят, им ставят памятники и награждают премиями: только Нобелевских лауреатов в области физиологии и медицины всего лишь две сотни, а создавших новые препараты — вообще единицы.

Сложное это дело, и хлопотное.

1. Полцарства за лекарства!

«…В США многие фармпроизводители не проводят постмаркетинговые испытания своих уже зарегистрированных препаратов. Так, на сентябрь 2006 года, только 71% из них были начаты. Однако, в связи с растущей важностью проблемы обеспечения безопасности лекарственных средств, именно постмаркетинговые исследования позволяют оценить её в отсроченном времени.»

Фармации я обучался шесть лет. Ведущий вуз страны, старательно вбивая мне в голову тонкости восьми различных химий, от неорганической до токсикологической, гордился своими сотрудниками, в стиле «графитти» восхваляя их достижения в области создания новых препаратов на стенах и стендах соответствующих кафедр.

И если разницу между химиями я всё-таки понял:

Во всём есть яд, без яда нет ничего.
Только от дозы зависит, будет ли
Вещество ядовитым, или безвредным".

Парацельс.

…то причин для гордости в области создания новых препаратов сотрудниками вуза, откровенно говоря, было не много, что косвенно и подтверждали пустые аптечные прилавки, наполнять которые, в числе прочих, был призван и мой вуз.

Определенно, аптека была скучнейшим местом. То немногое, что лежало на витрине, было грязно-белого цвета, двуязычные надписи делались кричащими цветами на светлом фоне (это ж всё-таки яд!), дабы никто ничего, не дай Бог, не перепутал. Остальное хранилось «в сухом, темном месте», как того и требовал завод-изготовитель.

Покупать «из интереса» не хотелось. Редкие уникумы, которые тогда покупали и принимали таблетки, «чтобы не заболеть потом», или, как сейчас говорят, для профилактики, воспринимались как идиоты, и перекочёвывали в разряд внутриаптечного фольклора каждой отдельно взятой аптеки. Пациентов знали поименно: аптек было мало, но больше и не нужно. Покупка — только по суровой необходимости.

Поступали и многоцветные коробки, как правило, редко и понемногу — Импорт. Конечно, у нас в стране никто и не догадывался о существовании целой науки для повышения продаж, по которой уже жили на Западе. И тем более о том, что именно Упаковка товара играет для его быстрой и гарантированной продажи Первоочередную Роль.

Импорт тоже делился. Основной поток — страны победившего социализма, совсем тоненький ручеек — злые капиталисты, душители всего прогрессивного, но всё же продававшие за нефтедоллары свои чудеса фармацевтической мысли, как правило, модные, «передовые» и «незаменимые». Странно, но враги-империалисты не стремились нас умертвлять до конца, полностью перекрыв «живительный ручеёк» средств химической защиты жизни — лекарств. Их поток так никогда и не иссяк, несмотря на «холодную войну», «Карибский кризис», Афганистан и тому подобные катаклизмы. Поток перекрылся только тогда, когда разворовали бюджетные средства, т. е. в 80–90 годах двадцатого века, и платить по счетам стало нечем. Тогда капиталисты от фармации и показали свой звериный оскал…

Особняком стояла Индия. Тогда о её фармацевтической «мощи» ничего не было известно: препараты появлялись, были не хуже и не лучше остальных. Конечно, рядом с названием стояло и название транснационального фармацевтического гиганта, выпускавшего там свой бренд, правда, с маловразумительной надписью ЛТД… Но кто тогда над этим задумывался?

Раздел проигравшего СССР я встретил заведующим аптеки. Заведующим пустой аптеки. Фармацевтические заводы, наполнявшие Союз, оказались по разным сторонам границ и идеологий. Даже братский социалистический импорт хотел только валюты… Ещё выяснилось, что откуда-то нужно было черпать сырье и энергию, куда-то нужно было продавать готовую продукцию, кто-то должен был уметь всем этим руководить… В итоге заводы стояли, а руководители своё рабочее время посвящали обдумыванию безденежных схем приватизации… В свою, разумеется, пользу.

А у меня в аптеке было только 225 наименований… Этого было маловато… Вот если бы… хотя бы 400! Но свято место не бывает пусто: нишу заполнили околомедицинские препараты.

Тогда я впервые познакомился с «бальзамом от всех болезней» — бальзамом Х… Ма-а-ленькие такие (50 мл) бутылочки, темного стекла, с готической этикеткой, намекающие на драгоценность содержимого. Зато потом, после ТВ рекламы и многочисленных поездок с лекциями типа «Какой хороший Х., и как он всем помог» первых лиц ведущего фармацевтического вуза по городам и весям (жена одного «лица» занималась продажами Х.), этот спиртовой экстракт из трех десятков европейско-азиатско-американских (воистину, грешное с праведным — в природе они бы никогда не встретились) растений, начал поступать в «огнетушителях» по 250 и «поллитрах», а входящий в состав спирт этиловый 40% удовлетворял страждущих и отметал сомнения у сомневающихся.

Уже позже, когда я был заведующим аптечной сети, в моих аптеках появились, среди прочих околомедицинских товаров, и «экологически чистые спички». На сделанных из картона, собственно, именно спичках, стояло клеймо германской компании, стоили они несоизмеримо дорого и не зажигались… Да-а, централизовано закупить такое, находясь в твёрдом уме и при памяти, было сложно. Позже, когда в туристическую поездку «за бугор» поехала жена одного из директоров, всё стало на свои места. Ещё позже стало известно, что спички и не предназначались для продажи, а были привезены для бесплатной раздачи, вернее — промоции.

И стали закрадываться грешные (или праведные?) мысли: уж если не корысти ради, то для чего существует фармацевтическая промышленность?

2. Заграница нам поможет!

«…Канадские хирурги, проводя операцию на ноге 42 летнего мужчины, испытали шок, когда из разреза хлынула не красная, как обычно, а темно-зелёная кровь. По мнению врачей, этот эффект был вызван слишком частым применением одного из лекарств от мигрени. Пациент прекратил принимать лекарство, и через несколько недель его кровь приобрела нормальный цвет…»

Более тесно с западным фармацевтическим сектором я столкнулся немного позже, на входивших в моду медицинских выставках.

1996 год, огромный зал, стенды с образцами препаратов, рекламные материалы. И бесплатные наклейки, полиэтиленовые пакеты, и, что нашему неизощрённому уму непостижимо, ручки! Подумать только — Бесплатные Разноцветные Шариковые Ручки с наименованием препарата и фирмы производителя!

Врачи, профессорско-преподовательский состав, заведующие отделениями всех мастей, со слезой в голосе, умоляли подарить хоть что-то с логотипом компании-благодетеля. Отметился и целый заместитель министра, скромно попросив, помимо врачебного подарочного джентельменского набора, ещё и средство от тараканов — попробовать в семье.

Как в свое время индейцы Северной Америки продали колонизаторам остров Манхеттен за нечто, стоимостью 24 доллара, так и наша медицинская «элита», абсолютно без боя, уступила «колонизаторам» все медицинские завоевания страны.

Всё — за Шариковую Ручку!

Конечно же, министерские тараканы отведали яду транснациональной фармацевтической компании. Как и во время второй мировой войны отведали его военнопленные, на которых этот (и другой) яд испытывали. Как затем отведали яду и поля, которые щедро посыпали пестицидами, и пациенты… На той выставке с помпой запускали новый препарат для больных сахарным диабетом, наконец-то зарегистрированный в стране. Хотя ползли слухи о начавшейся процедуре его запрещения в странах ЕС и США, как вызывающего смертные случаи у лиц, его принимавших.

Слухи оказались правдой. Препарат запретили и у нас. Но через пятилетку.

Конечно, во всех случаях химический гигант извинися. Даже деньги платил. Кроме случая с тараканами.

Но это было потом.

На той выставке ко мне обратились представители другой мультинациональной Компании, и предложили поработать у них. Мне стало интересно, и я согласился. Я ничего не терял, более того… Судите сами.

Моя должность называлась «Региональный торговый представитель Компании «Х», входящей в десятку наиболее крупных фармацевтических компаний мира. Несколько позже, слово «торговый», коробящее ухо пока недостаточно коммерциализированным докторам, с ещё советским образом мышления, было заменено на слово гуманно-нейтральное «медицинский». Портфель компании насчитывал больше сотни наименований препаратов, которые применялись в хирургии, травматологии, гинекологии, дерматовенерологии, терапии, психиатрии, онкологии, кардиологии, неврологии. Не были обойдены вниманием материнство (естественно, противозачаточные) и детство. Кроме этого, благодаря компании, мужчины-импотенты имели возможность жить полноценной жизнью, делая себе «безболезненную» инъекцию непосредственно в причинное место, и непосредственно «перед». Или «вместо».

Лысые тоже не были забыты: им предлагался дорогущий препарат, а для усиления эффекта ещё и дорогущий шампунь. Самый Главный Ингридиент этого дорогущего препарата давно использовался для лечения сердечных заболеваний, и в советской стране и советской же развесовке-упаковке стоил буквально копейки.

Шампунь был просто дорогой.

Вредные привычки человечества также не остались без внимания Компании: для курильщиков предлагался препарат… содержащий никотин. Конечно же, не такой вредный, как остальной никотин. Даже полезный. Вне всякого сомнения…

Более того, даже больным в глубокой коме предлагались препараты семи наименований, заменявшие питание: их «кормили» внутривенно.

В СССР Компания была известна, прежде всего, как производитель витаминов: Перед московской Олимпиадой 1980 их завезли на весь Союз. Правда, год рождения витаминов, как я узнал позже, был… 1946. Но это ничего, проверены временем.

До моего с ней сотрудничества Компания объединилась с европейским фармацевтическим гигантом, дабы юридически беспрепятственно существовать на европейском рынке, и сейчас представляла соитие из почти двух десятков мелких фармацевтических компаний США, Европы и Австралии. Крупнейшим итальянским держателем европейских акций в то время был сын главного итальянского… коммуниста.

Вот такой монстр пришел в страну, населённую тихими аборигенами, раннее ничего подобного не видевшими.

3. Лакомый кусочек!

«…FDA предупреждает о связи между продолжительным приемом лекарственных средств группы Z и патологической склонностью к азартным играм. До этого времени были известны такие их побочные действия, как склонность к перееданию, алкоголизму, гиперсексуальность, т.д…»

Я отвечал за регион, в котором проживало почти 20 процентов населения страны. Более того, напичканный машиностроительными и сырье-топливодобывающими гигантами, он представлял собой «Un bel pezzo di corne» (фр. -лакомый кусочек) — в плане платежеспособности граждан. Которые, статистически, из-за большой экологической нагрузки и производственного травматизма болели чаще и дольше, чем жители других регионов. Но могли платить.

«Ой, какой бедненький богатенький Буратино!»

Кроме этого, в регионе вкладывались добытые «из-под земли» (читай, никем не считанные), и «отмываемые» сырье-деньги, а фармацевтический сектор, как считалось среди местных «нуворишей», состоявших из «нуворишек» и «нуворюг» — надёжное и солидное размещение нежданно свалившегося капитала. Ещё и с социальным подтекстом, что придавало всему мероприятию оттенок благотворительности.

Всё это «великолепие» (с точки зрения фармацевтичеких компаний), лечили несколько медицинских институтов, несколько НИИ медицинской направленности, больше трех сотен городских и районных лечебных учреждений, и соответственно, почти 20000 врачей разных специальностей. Естественно, стерильно-необразованных, совершенно непонятным образом живущие без информации о нашей компании, и соответственно, странным образом обходящиеся без наших инновационных препаратов.

Пока.

Чтобы это «пока» закончилось поскорее, и наняли на работу меня. Принцип: «Первый забирает всё, потому что время — деньги». Отныне я становился «солдатом» Компании.

Первое знакомство произошло в столице. Меня, как и других молодых сотрудников, пригласили в бывший санаторий Компартии, внутри заповедного леса, поселили в номер-одиночку, со всеми удобствами, с редким тогда цветным телевизором и холодильником в номере, прудом с мещанскими гипсовыми лебедями, возможностью многоразового питания, ежеутренним посещением бассейна, обязательным «командным» вечерним фуршетом, и остальными благами, давно освоенными коммунистической номенклатурой.

В команду были собраны врачи, представляющие половину не до конца развалившихся стран СНГ.

Рядом проводил свой «саммит» персонал не самой плохой индийской фармацевтической компании. Его участники зябко жались под нашими снисходительными взглядами, в глубине души желая поменяться компаниями.

На наших совещаниях, наш Главный заочно, но строго, корил индусов за укоренившееся отсутствие моральных устоев в продвижении (рекламе) препаратов. Это называлось «неэтичным поведением».

Так мы жили 2 недели. Индусы всё провернули за 2 дня. Почувствуйте разницу!

Скажу сразу, что в номере я почти не появлялся. Как и остальные «члены команды», я всё время проводил в учебной аудитории, где заезжий лектор, бывший непонятый администрацией преподаватель медицинского института, или, по-западному, корпоративный тренер, в перерывах между «кофе-брейками», рассказывал о компании, препаратах, и т. д., и т. п.. Человек полностью отдавался работе, его ежедневная белая рубашка была мокрой от пота, а к середине второй недели голос осип. От него мы узнали о великой миссии Компании, о том, как изменится в лучшую сторону здоровье наших граждан, только начни они принимать наши непревзойдённые препараты.

По словам тренера выходило, что Компания на исследовательские работы по разработке и поиску новых препаратов тратит почти 10% от всего оборота, в то время, как остальные — только 3–5%. Что Компания занимается благотворительностью, и редко какое благотворительное действие происходит без её участия… И т. д., и т. п.

Американская «кола» лилась рекой: тренер объяснил, что по негласной договоренности, американские компании придерживаются правила, согласно которому их сотрудники тратят корпоративные деньги на товары американских же производителей. Позже, отчитываясь за командировки и прилагая чеки американского фастфуда, я действительно не имел проблем.

Согласно этого же правила, фармацевтические компании в СНГ за редким исключением, никогда не покупают сотрудникам служебные автомобили японского или корейского производства. Запад есть запад, восток есть восток…

И далее, по Киплингу…

4. Кто с чем к нам пришёл

«…в период приёма противозачаточных таблеток Z, пациентки получали от секса больше удовольствия, чем раньше, чаще получая оргазм. Такие таблетки доступны и нашим соотечественницам»

По окончании тренинга я был полностью экипирован для работы в «поле».

«Боевая раскраска» включала в себя самый дешёвый, но европейский, автомобиль с желтыми номерными знаками (серия «F», предназначены для Представительств-нерезидентов), ноутбук (почему-то корейский), проекционная аппаратура, стильный, дорогой кожи, кейс… А ещё Документ, на красивом фирменном бланке, за несколькими печатями Представительства, призывающий оказывать мне всё и всяческое содействие.

Мне возмещались все расходы, связанные с жизнедеятельностью во благо Компании, как то: телефонные переговоры, проездные билеты, питание, проживание в командировках, и т. д., и т. п.. Кроме этого, я имел оплачиваемую возможность проводить деловые обеды и дарить памятные подарки «лидерам мнения». Единственный вопрос, который мне задавался: «Я тебя не спрашиваю, почему ты повел господина Х. в ресторан, я спрашиваю, почему господин Х. так мало заказывал???»

Но самое главное, чем я был вооружен — это Знания. Знания о препаратах, заключенные в компактные листовки и прочие носители, которые я должен был по окончании презентаций о препаратах, вручать врачам. Скажу сразу, что информация в этих рекламных материалах могла быть какой угодно: наше законодательство не требует их утверждения «на правду» в Соответствующих Органах. А посему, подобные листовки разрабатываются и печатаются самим Представительством, с каким угодно текстом, картинками, орфографическими ошибками и схемами. Понятно, что там есть всё. Кроме правды. Я их называл «прокламации».

Объективности ради, скажу, что фактор сдерживания наиболее оголтелого популизма всё-таки присутствует: это такие же фармацевтические компании. В связи с тем, что заклятые друзья-конкуренты (некоторые препараты имеют по полсотни аналогов разных фирм!!!) предлагают на рынке примерно одинаковые медикаменты (часто от одного производителя субстанций — естественно, одинаковых свойств), примерно одинаковой цены (разница в размере рекламного бюджета), то и текст «прокламации», естественно, должен быть примерно одинаков. В обязанности представителей всех фармацевтических компаний входит поимка печатных произведений наиболее «ярых нарушителей конвенции». Они передаются (часто срочно!) в центральный офис, ну, а офис «осуществляет вынос тела» со всей возможной силой Праведного гнева…

Соответствующие Органы не совсем бездействуют: они утверждают Инструкцию по применению, которая продается вместе с упаковкой препарата. Вот только за все время подобной работы (больше 10 лет), я ни разу не видел, чтобы практикующий врач использовал для работы Инструкции по применению. Оно и понятно: для того, чтобы иметь инструкцию, нужно препарат купить. Но покупает-то препараты пациент, после того, как их ему назначил врач. И сложно представить пациента, приносящего врачу Инструкцию по применению уже использованного препарата: «Вот, ты назначил, я принимал… Теперь почитай инструкцию!», — или врача, просящего об этом. Возможный выход — покупка и долгое изучение врачом Справочника. А в нём-порядка 20000 разрешённых к использованию в стране лекарственных средств. И Справочник с изменениями и дополнениями переиздается 1 раз в год. И его нужно покупать… Ещё нужно, чтобы препарат в данный момент времени был в аптеке: а там редко бывает больше тысячи наименований. Поэтому у врача есть масса отговорок, причин, и всегдашнее отсутствие времени, чтобы не видеть инструкцию.

Зато представители компаний, вламываясь в кабинет, говорят, в какой аптеке и по какой цене есть именно их препарат, из рук в руки передают тонны красочной печатной продукции, в которой твёрдой неведомой рукой юного маркетолога или бренд-менеджера, часто даже без фармацевтического образования — «Отсутствие знаний — не повод для сомнений!», в полном соответствии с законами маркетинга, перечислены все достоинства нашего, как ему сказали, самого лучшего и безопасного, препарата.

Юный стимулированный маркетолог, может быть и обратил бы внимание на какой-нибудь «Синдром Рейе» в дополнительных указаниях к какому-нибудь аспирину. Да не знает, что это. Как и многое другое — ведь, скажем, даже о тождественности аспирина и ацетилсалициловой кислоты тоже надо где-то узнать. А спросить стыдно — ведущий специалист, как-никак… «Да не потравятся, аспирин ведь! Лучше не напишу — врачи сами разберутся!»

В результате, наиболее красочная макулатура зависает в кабинете у врача надолго, и служит ему руководством к действию.

Выданная мне макулатура была наивысшего качества. Великолепная мелованная бумага, большой формат. В качестве иллюстраций для очень серьезного препарата гормональной инъекционной контрацепции (одна инъекция — минимум полгода контрацепции; или полгода мучений — как повезёт) использовалась красивейшая репродукция художника 18 века. Конечно же, с изображением прекрасной дамы. Женщины, работающие в женских консультациях, гинекологических отделениях, родильных домах, с удовольствием помещали плакат в кабинетах и коридорах учреждений, часто закрывая им дефектные места давно не ремонтировавшихся помещений.

Нейролингвистически запрограммированный текст плаката напоминал теперешнюю рекламу алкоголя или сигарет: «Любить — это тоже искусство…» Кроме этого, присутствовали слова (как для характеристики контрацептива, так золотые): «Абсолютно надёжный», «Одна инъекция — раз в три месяца» — (действует-то больше, но зачем применять одну упаковку, если можно две?!), «Эффективность 99,7%», «Полная конфиденциальность», «Незаменим после родов». Ну, и пользуют его женщины… аж в 90 странах мира! Для сумневающихся из врачей, прикладывался 100-страничный «Фолиант, отметающий сомнения», в конце которого авторы выражали «глубочайшую благодарность» Компании за «издание данного издания».

Побочным реакциям, в минимализированной форме, отвели 3 страницы. О том, что при неблагоприятном развитии событий, инъекцию из тела не выковырнуть и предстоит мучиться целых полгода — ни слова. И не факт, что потом будет всё так, как было. В самом издании проскакивали цитаты типа: «Несколько лет спустя препарат был изъят из продажи, однако то же соединение, производимое другими фирмами, широко используется в других странах, под другими торговыми названиями…" Или «…необходимо проведение широких фармакологических испытаний для определения оптимальных схем и дозировок введения…» Или «В ходе исследований наблюдалась повышенная частота рака молочных желез у собак… в дальнейшем не рекомендуем проверки действия контрацептивов на собаках, поскольку ни у одного другого вида животных не было выявлено увеличения частоты новообразований молочных желёз…»

Каждый из 10 русскоязычных трудов, приложенных в списке использованной литературы, был подписан 4 авторами. Эти же фамилии были и на титульном листе «Фолианта, отметающего сомнения». Получалось, что авторы, дабы доказать свою сегодняшнюю правоту, ссылались на себя, ранних.

Несмотря на столь внушительную подготовку Компании к продажам данного препарата, в моём случае осечка произошла практически сразу. Во время визита с информацией к главному врачу родильного дома, выяснилось, что тот в 70-х годах, участвовал в какой-то программе ВОЗ в Анголе, где и вводил этот препарат сотням аборигенок. Доктор догадывался о том, что происходило с африканками, и выразил сожаление, что препарат начал продаваться и у нас.

Чуть позже, приехавшая на открытие городского Еврейского гинекологического центра американка-гинеколог, уделившая время своим зарубежным коллегам, на вопрос о инъекционной контрацепции, ответила, что таких методов у них не используют. Ещё она очень развеселила здешнюю врачебную аудиторию, сказав, что самый серьезный гинекологический антибиотик в США… эритромицин!
Наши врачи, давно и бесконтрольно применяющие наиновейшие антибиотики в гонке с резистентностью, уже и забывшие о самом существовании эритромицина, очень смеялись.

Через год препарату почему-то не продлили регистрацию. Возобновили её потом, через несколько лет.

Видимо, всё стало снова хорошо. Почему-то.

Следующим был, так же, довольно своеобразный препарат. Снова инъекции… Но направленные, скажем, на… подготовку возможности для достижения противоположного описанному выше, эффекта. Настенный плакат выглядел следующим образом: Космодром, фермы, поднимающие большую и тяжелую космическую ракету, очевидно типа «Энергия», из горизонтального положения в вертикальное.

Показательна история создания. Французский врач, ввел дозу давно известного сосудистого препарата бо́льшую, чем нужно. Больной, хотя и находился в бессознательном состоянии, но у него возникла эрекция.
Что и дало возможность продавать Компании препарат, дороже чем его распространённый прародитель… почти в 100 раз. Правда, вместе со ставшими «драгоценными» ампулами, продавались шприц и тоненькая иголка… Не можешь и не хочешь — не покупай! Не можешь, а хочешь — покупай! Справедливости ради, скажу, что подобным путем пошли ещё пара европейских компаний с именем, несколько менее известным.

А врача, грубо нарушившего существующие правила, почему-то оставили работать. Подумаешь, доза, бо́льшая чем нужно…

Та же субстанция выпускается и очень широко используется в нашей стране. Но для других показаний и по другим ценам.

Я ещё буду описывать подобные интересные особенности других препаратов. Но пока остановлюсь на методах продвижения, заставляющих врачей назначать именно эти препараты.

Почему они их назначают?

Ведь, по определению нашего директора, «Наши препараты никому не нужны, кроме нас самих». Так же может сказать и любой другой директор Представительства, касательно уже «своих» препаратов. В этом есть большая доля правды: по данным Всемирной Организации Здравоохранения, «для излечения известных болезней хватило бы 200 наименований медикаментов».

Понятно кому, но зачем нужны почти 20 000 наименований медикаментов, зарегистрированных в нашей стране? И станем ли мы от этого в 100 раз здоровее?

5. "Фармацевтическая" этика или "этическая" фармация.

«…Именно поэтому безрецептурный препарат Y можно использовать для лечения побочных реакций на вакцинацию даже у младенцев возрастом 2–3 месяца…»

В начале 90-х фармацевтический рынок страны, «без руля и ветрил» вваливающейся в остальной мир, только формировался. Информации о препаратах — никакой. По аналогии с автомобилями, одеждой и электроникой, думалось об огромных достижениях западной фармацевтической мысли.

Автор известного всей отечественной медицине, знаменитого монопольного двухтомника «Лекарственные средства», собирал свой «труд», переводя и переписывая аннотации к препаратам, которые оказывались у него совершенно непонятным, чаще случайным, образом. Справочник, исправленный, дополненный, и изданный под его именем, выдержал несколько изданий, став настольной книгой многих поколений советских медиков. Однако, буквально за пару лет, он стал неактуальным — просроченным.

В стране начались челночные вылазки за границу. Наряду с «челноками» по доставке всем известного ширпотреба, появились «челноки», закупающие и привозящие медицинские препараты. Перечень попадающих в страну препаратов увеличивался. Понятное дело, что, за редким исключением, «челноки» не гнались за какими-то конкретными препаратами, а привозили то, что им предлагали. Естественно, всё покупалось по принципу «Чем хуже, тем лучше» — т. е. чем меньше срок — тем меньше цена… И просто счастье, если нарушились правила хранения-транспортировки-упаковки: «Уцени — возьму!»

Цивилизованные, как у нас говорят, страны, также предприняли попытки «спасти» нас от гуманитарной катастрофы, предлагая «гуманитарную» же помощь. И в виде медикаментов тоже. Но что такое «помощь» в виде медикаментов?! Медикамент — адресная вещь. Он либо нужен, либо нет. Принцип «На дармовщинку и уксус сладкий», в подобных случаях не работает. Никто, кроме страдающих сахарным диабетом, не будет принимать препараты для снижения уровня сахара в крови, просто потому, что их бесплатно раздают. Или запасать их впрок. И, соответственно, никто, кроме самих больных сахарным диабетом, не в состоянии прочувствовать необходимость, ценность и качество этих препаратов. Всем остальным, вместо пользы, только непоправимый вред!

Другое дело, если медикаменты завозят в пострадавшую от стихии страну вместе с отрядом спасателей, среди которых имеются врачи, обученные работать с подобными препаратами и могущими объяснить «что, куда, кому и как».

Какой прок терпящим гуманитарную катастрофу, от препарата с истекающим сроком годности, с инструкцией на неведомом языке, непонятными происхождением, условиями хранения и доставки, и, что самое главное, доселе никогда и никем в родных пенатах, непользованным? Найдите мне того врача, который согласится вбрызнуть пациенту Нечто?

Правильно, найти тяжело. Но можно. Нечасто, но находились врачи, которые брали на себя такую ответственность. Как правило, если объемы присланных препаратов оказывались значительными и более-менее нужными, предпринимались попытки их как-то использовать. В роли «вдохновителей» выступали доктора, которые в силу обстоятельств, работали по несколько лет за границей.
Конечно, в бедных странах, конечно, с гуманитарной миссией. И они примерно представляли себе, как поступать с гуманитарной помощью.

Работая в регионах, где человеческая жизнь мало что значит, советские доктора сталкивались и с представителями фармацевтических компаний, осуществлявших доставку «гуманитарных лекарственных препаратов».

Вряд ли препараты были зарегистрированы. Скорей всего, списка разрешенных препаратов в данных странах просто не существовало. Да и откуда было знать какому-нибудь африканскому выпускнику, какого-нибудь Рязанского военного училища, который вот уже два месяца, как побеждает другого негритянского выпускника, какого-нибудь Курского общевойскового училища, о существовании таких тонких материй, как, например, Фармакопея?! Её и у нас до сих пор нет.

Даже если и были «органы», отвечающие за обеспечение медицинскими препаратами, то они даже не требовали взяток за разрешение на использование любых препаратов внутри страны. «Вы что, хотите денег за то, что мы вам дарим препараты, которые стоят денег?» Как-то некрасиво получается…

Вручая врачам, под видом гуманитарной помощи, не только испытанные, но и новые медицинские средства, представители фармацевтических фирм просили их, назначая препарат, подробненько описывать, что же было на самом деле. Так сказать, вести дневники.

Что не так — война всё спишет.

Платили, как для советского доктора, хорошо.

Вообще, массированная гуманитарная помощь в виде медикаментов с истекающим сроком годности, порождает больше вопросов, чем ответов. Общаясь с соотечественниками, в своё время уехавшими из страны на ПМЖ, спросил, почему они, приезжая на Родину, закупают огромное количество медикаментов в местных аптеках. Ответ поразил. Оказалось, что в большинстве стран человеку продадут препарат только при наличии рецепта. То есть, даже при пустяковой проблеме со здоровьем, у нас решаемой с минимальными затратами времени, сил и средств — «пошел-спросил-купил», там нужно идти на прием к врачу, ну, и всё из этого вытекающее.

То есть, создать домашнюю аптечку «на всякий случай» невозможно! А если ещё и срок годности пройдет? Куда бесплатно девать «мусор», содержащий опасные химические вещества? Там с этим строго.

Ну, и соответственно, какой из капиталистов будет делать запасы препарата наперёд и много, если он точно знает и количество врачей, выписывающих подобные препараты, и пациентов, которым они будут назначены, и даже, то, «сколько, как, кому и кем» препарат продавался в прошлом году? К слову сказать, что существуют даже мониторинговые фирмы, отслеживающие подобного рода информацию.

Естественно, товар производится только тогда, когда уже существует предварительная заявка. Лишний товар появится лишь в случае откровенного «форс-мажора»: либо когда запретят его реализацию в стране, или же он окажется бракованным и его отзовут из торговых сетей… То есть тогда, когда он станет опасным. Исключения бывают редко.

Мой опыт работы, как в транснациональных, так и в отечественных компаниях, свидетельствует о том, что компании до самого последнего дня срока годности, воюют за то, чтобы извлечь из препарата материальную выгоду: его производили (вкладывали средства) чтобы продать, но не подарить.

Например, по окончании сроков годности на препарат, согласно действующего на тот момент законодательства, для его продления, достаточно отправить несколько образцов препарата в контрольно-аналитическую лабораторию… компании производителя.

Которая и уполномочена продлевать сроки годности.

При отсутствии такой возможности, препарат передается на «испытания» врачам. Которые его и пользуют. Небесплатно, конечно.

Так откуда бралась «гуманитарная помощь» в виде медикаментов, если «там» всё так просчитано (читай: запутанно и сложно)? Да ещё и в таких больших количествах? Да с расходами на транспортировку?

Этот лежалый или запрещённый к применению товар централизовано «подарили» фармацевтические фирмы и оптовики, чтобы бесплатно похоронить.

6. Они были первыми.

«На большом оперном бале в Вене, который проводится 49 лет подряд… фармацевты компании Z, консультировали желающих о способах избавления от курения и предлагали никотинсодержащие препараты компании Z, которые способствуют отказу от этой вредной привычки»

Если в африканских случаях в роли «первопроходцев-испытателей новых препаратов» выступали жертвы войны, то в нашей стране (и не только) роль подопытных взяли на себя другие жертвы — половой распущенности. Всепоглотившее порно в то время пока не проникло в ТВ эфир, но уже крутилось на видео по кооперативным кафе и салонам, а мифические «путанские» доллары, «Образ Мачо-многопокорителя тёлок», или «Золото Полуботка», вскружили голову многим незрелым умам. Чем и попользовались политики и нарождающиеся «бизнес-ву-и-мены». «Бизнес-ву-и-мены» оказались честнее политиков, они хоть платили «путанам и путанцам» сразу…

Но окончательно расплачивались потом, и по полной.

Жертв половой распущенности, в общем то, не любит никто. Не любит их государство, не любит их общество, не любит их церковь… Их не любят даже сами половые партнёры: один из них часто — невинная жертва… Не любят их и дерматовенерологи…

Но если общественные институты отличаются последовательностью, беря виновников «на карандаш», давя общественным мнением, или по-простому, очень сильно побив лицо бывшему предмету вожделений, то врачи, не любя, изгоев всё же лечат, часто подпольно, испытывая, впрочем, ни с чем несравнимое удовольствие от назначения огромных доз препаратов этим «моральным уродам».

Как в анекдоте: «Гоги, ты лубиш памидоры?». — "Нэ люблю. Я их кушаю».

Массово открывшиеся в начале 90-х годов частные кабинеты дерматовенерологов попытались извлечь бесспорную нарождающуюся выгоду из сложившейся ситуации. Годами борясь лошадиными дозами индийских пероральных антибиотиков с непобедимой, как Баба-Яга, хламидией, выписывая рецепты на 100 и более долларов при каждом визите больного, доктора всё же иногда сталкивались и с более серьёзными случаями венерических болезней. Для лечения которых у нашей Компании (да и у других тоже), было несколько, в то время действительно хороших, но незарегистрированных, препаратов.

Первым моим заданием был поиск в регионе дерматовенеролога, доктора Н. Доктор, мало того, что где-то брал наши препараты, так он ещё ими и лечил. Позже он опубликовал блестящие результаты их применения в околомедицинской прессе, естественно, разрекламировав их. Компания захотела отблагодарить коллегу.

200 бесплатных упаковок препарата, привезённые в кабинет — так был оценен подвиг использовавшего незарегистрированные препараты врача. Кроме этого, доктору хотелось представлять интересы компании в регионе. Ему отказали, решив, что он и так наш, так пусть сидит у себя в кабинете и назначает наши препараты. Пользы больше будет.

Справедливости ради скажу, что подопытными оказывались не только наши «казановы».

Изучая литературу по испытаниям инъекционного контрацептива, обратил внимание на тот факт, что «государство Таиланд» исследователи чаще выделяют из всех остальных. Более того, цитаты: «в Северной Европе и Таиланде», в «Юго-Восточной Азии и Таиланде», «в Кении и Таиланде», натолкнули на мысль о каком-то особом статусе Сиамского Королевства в испытаниях появившегося в 1960 году препарата.

Определённо, в 60-х годах в Таиланде что-то происходило.

Будучи в стране, озаботился этим фактом. Оказалось, что «сексуальная столица Мира», «медом намазанное место», по-тайски — Паттая, город на восточном побережье Сиамского залива, стал таким только после 1959 году, когда туда на отдых прибыла первая группа американских военных из Кхората (Накхонратчасима), одного из семи американских аэродромов в Таиланде.

Территория Таиланда использовалась для авиационных налетов на Лаос и Вьетнам с 1959 и до середины 70-х годов, во время одноимённых войн. «Тихая рыбацкая деревушка» Паттая использовалась, как зона релаксации для VFW — американских парней.

Ветераны зарубежных войн релаксировали не только друг с другом. Насмотревшись на поднимавшую их боевой дух, припухленькую прикомандированную блондинку Мерилин Монро, до самых последних выпуклостей прилежно изучив её «младенческие» фото, солдаты оказывались в объятиях, увы, черноволосых, худеньких, жёлтеньких «морковок», от нищеты слетевшихся в Паттаю из окрестных деревень.

Определённо, «вакцина от беременности» пользовалась среди «релаксанток» особой популярностью: кроме «небеременности», она давала ещё и отсутствие месячных, что добавляло «рабочих» дней.
Не исключено, что их кололи бесплатно: что с них взять… Кроме анализов.

Интересно, как сложилась судьба тех, самых первых «вакцинированных» тайских «морковок», ведь с тех пор прошло полвека? Отчего и как они умерли?

В нашей стране также, на полном серьезе, но кулуарно, велись дискуссии по использованию «временной стерилизации» некоторых маргинальных представительниц общества, за бюджетные деньги.
Как гласит рекламный плакат: «Полная конфиденциальность». Вряд ли пьяная вокзальная проститутка, после ночи в КПЗ, свяжет свои будущие проблемы с одной инъекцией, сделанной там…

Результаты переговоров мне неизвестны.

7.Они хотят женщин

«…испытаниям подвергли 1500 самых популярных медикаментов Германии. Результат неутешительный — шесть из десяти лекарств совершенно бесполезны»

Маргиналы — на то и маргиналы, чтобы их, как минимум, общество не принимало, и, как максимум, попирало в правах. Более того, маргинальная судьба, как «дамоклов меч» висит над благополучными индивидами, постоянно напоминая о том, что бывает с отступниками.

Но так ли безоблачна судьба благополучных и состоявшихся? Достаточно ли понимания ими того факта, что следование принципам общегражданского воспитания, оградит их от многих неприятностей, характерных для беднейших слоёв людской популяции?

Увы. Наличие денег не добавляет твердой уверенности в том, что современные, образованные, эмансипированные, европеоидные женщины «золотого миллиарда», никак не повторят судьбу нищих азиатских проституток. Скорее наоборот.

Ибо, причина всех причин — деньги. Грабитель, скорее всего, выберет жертву, которая по внешним признакам побогаче. Полицейский, заметив двух правонарушителей, игнорируя явного бомжа, побежит за тем, который поприличнее одет.

После того, как появились маркетинговые исследования, согласно которым наибольшее количество денежных средств для приобретения «быстрооборачивающихся товаров» тратят молодые, работающие женщины, покупающие товары не только для себя, но и для всей семьи, главный удар бизнесменов и рекламщиков пришёлся на них.

Нещадно эксплуатируя чувствительные женские души, прекрасные глаза (конечно, предварительно закапанные одним из препаратов), и самый чувственный женский орган — уши, рекламщики, а с ними и фармацевтические фабриканты, домоглись своего. 90% всей телевизионной, печатной, уличной рекламы бытовой химии, средств гигиены, лекарств, направленно именно на женщин. Именно женщины принимают решения о покупке того или иного товара.

Настоящий фурор среди рекламщиков произвело недавнее исследование, в котором показывалось, что средняя японская старшеклассница в состоянии потратить в неделю эквивалент 200 американских долларов! Нехитрые арифметические действия убеждают, что сумма набирается серьёзная… Психологический портрет «средней японки-школьницы» также внушает надежду: восприимчива ко всему новому, добра, наивна, внушаема, следит за модой, самостоятельна, любит комфорт, деньги ей дают родители, имеет порядка 100 друзей обоих полов, с которыми делится информацией в течение дня и за свои деньги. Осталось эти беззащитные деньги забрать.

Как результат — появились товары и реклама, адаптированные под этот психотип.

В типичном сентябрьском номере современного женского журнала из 170 страниц, кроме всегда актуальных тем, которыми разделили рекламные блоки, как то: «развод — не такая уж большая проблема», «на волосок от совершенства», и «в семье должна лидировать женщина», реклама бытовой техники встретилась 5 раз, реклама косметики 9 раз, реклама одежды 4 раза, средств гигиены 1 раз. Агрессивная реклама лекарственных препаратов встречается 19 раз! Столько, сколько все случаи, вместе взятые. А ведь ещё не сезон! Рекламируются препараты от так называемой «молочницы», мигрени (раньше это слово использовали не так часто), несколько желудочных и успокаивающих, обезболивающих, и чтобы… иммунитет!.

Однако, существуют препараты и другого толка, категории «Похудеть. Помолодеть. Понравиться». Сюда включён очень широкий спектр — от средств для улучшения работы кишечника, до капель в глаза, заставляющие их задорно сверкать. Обычно, этих волшебных «Трёх „П“ — задекларированных свойств» достаточно, чтобы вызвать интерес у здоровой женщины и, соответственно, покупку фармацевтического препарата. Рекламируемый препарат должен, как минимум, предлагать надежду на решение хотя бы одного из «трех вечных „П“». И предлагающих надежду масса!

Ближе к зиме на страницах затолпятся группы противопростудных, обезболивающих, иммуностимулирующих и других «актуальных» препаратов. Сразу после Рождественских праздников, когда большинство фармацевтических компаний начнут тратить рекламный бюджет нового года, наступит самое благодатное время для продаж: январь—апрель.

Но есть препараты особого свойства, не зависящие от сезона, но используемые только половиной человечества. Женской.

Ввиду деликатности проблемы и пока невозможности об этом говорить вслух даже оголтелым феминисткам, реклама этих специализированных средств для женщин перекочевала строго к врачам-гинекологам. И теперь они являются её невольными носителями, представляя собой наиболее интересный и денежный, с точки зрения фармацевтических компаний, врачебный сектор.

Циклический характер зарождения жизни в материнском организме — одно из основных достижение эволюции, позволившее выжить млекопитающим в неблагоприятных условиях внешней среды.

Циклическая готовность яйцеклетки к оплодотворению, обновление самой яйцеклетки, оплодотворение, вынашивание, подготовка к родам, роды, кормление — подготовка к новому оплодотворению — всё это упрощённые этапы одного процесса. Сбой в подготовке любого из них приведет к гибели зарождающегося организма.

Но остаётся надежда, что в следующем цикле все будет нормально.

Из-за изменений в обществе, экологии, способе жизни и «заботе» фармацевтических компаний, даже такой неизбежный естественный процесс, как рождение потомства, был подвергнут жесткой ревизии.

Возможность прерывания (недопущения) беременности фактически на любом сроке, как и всё более частая невозможность иметь детей естественным путём, из вопиющей проблемы трансформировалась в обыденную. Пары, не имеющие детей, уже не воспринимаются, как что-то невозможно-редкостное, а появляющиеся во многих городах страны клиники, «исправляющие» эту аномалию с помощью микроскопа и фармацевтических препаратов, процветают.

Конечно, для решения этих проблем был бы идеален такой вариант препарата: проглотил (уколол) нечто — и всё стало так, как должно быть, как задумывала природа, вкладывая генетическую информацию при рождении особи. Но о подобных препаратах мне ничего не известно.

Однако средств, предназначенных для решения этой проблемы «частями — частично», и выделенных в Справочнике зарегистрированных препаратов отдельным разделом, у нас около полутысячи наименований. Только контрацептивов около сотни, причем в каждой группе по пять-шесть абсолютно идентичных по составу препаратов.

В итоге: прекратить овуляцию — пожалуйста. Быстро и просто… А возобновить? Это сложно и долго, ну и… как Бог даст.

Примеры из жизни:
Мама, насмотревшись рекламы, врачу: «Не хочу кормить грудью!»
Врач: «Можно прекратить лактацию. Нет проблем, достаточно одной упаковки, купите в аптеке…»
Другая мама: " Пропало молоко… как бы… чтобы вновь появилось?»
Врач: «Не знаем, воды побольше пейте, что ли. Ну травки там… Или лучше покупайте молочную смесь в аптеке, вон недавно представители приходили… Говорят, что они такое продают, что природа и не додумается».

И т. д., и т. п.

Однако, как известно, количество способов поломать-испортить-разобрать часовой механизм приближается к миллиарду. Способ же исправить его — только один — суметь сделать все правильно.

Понятно, что эти полтысячи наименований различных препаратов только и ждут момента, как бы начать лечить пациентку. Область деликатная, спросить не у кого, поговорить не с кем, да и поди разберись — их вон сколько… И патологий, и, тем более, препаратов. Вынуждена доверять врачу. Часто — зря.

Врач уже простимулирован, и «не» лечить не может.

Несмотря на сотню зарегистрированных препаратов, моя мультинациональная этическая Компания, один из лидеров мировой фармацевтической промышленности, имела только один антибиотик, фирменый бренд. Наверное, он был удачным. Синтезированный на тот момент почти 50 лет назад, прошедший несколько военных конфликтов, он по-прежнему был довольно эффективным. Решающую роль в этом, скорее всего, сыграл тот факт, что наша страна была закрыта не только для врагов и туристов, но и для антибиотиков тоже. И, соответственно, в нашей стране он мог претендовать на роль «современного», что само по себе, неплохо.

Прекрасно понимая, что, объективно, антибиотики «столько не живут», и жить ему осталось мало, вдогонку было зарегистрировано ещё несколько его клонов, новых форм примерно такого же состава, предназначенных для педиатров, гинекологов и косметологов. Препараты предстояло продать. Но сначала запустить и раскрутить.

Трудности начались сразу.

Для выполнения годового плана продаж и, соответственно, получения бонусов (обычно план ежегодно повышается на 50–100% по сравнению с предыдущим), одна из стран СНГ взяла гинекологических упаковок больше, чем смогла продать.

Эффективность была так себе, но цена зашкаливала.

Упаковки были русскоязычные, сроки «горящие», отдать в Европу невозможно, у них Закон! Пришлось продавать здесь. К тому же упаковок было много, зато под это дело Большие боссы выделили денег…

Руководство решило идти простым путем. Придумать болезнь. Вернее, непонятное-кратковременное-самопроходящее состояние, встречающееся у 80 процентов взрослых женщин, выдать за болезнь. Тем более, что в «передовой» Западной Европе это состояние уже лет пять, как научились диагностировать, придумали методики определения, и, соответственно, лечения… Просто наш препарат там появился раньше, на шесть лет. Ну и собрали неплохую «плохую» статистику, на тему «Что будет, если не лечить». Но наша страна, пребывая в счастливом неведении, пока этого не знала…

На выделенные деньги были куплены микроскопы, набор химических красителей для окраски злых невидимых бактерий, ещё был закуплен химический реактив для проведения экспресс-анализа непосредственно в кабинете врача. Заказаны фотографии, на которых во всей красе были изображены микробы и последствия, при многократном увеличении. Отпечатаны брошюры, в которых подробно рассказано, каким же единственно верным способом бороться с этой напастью. Тем самым был продемонстрирован «серьёзный» подход к решению «серьёзной» проблемы.

Конечно же, методики и фотографии предоставила Компания…

Все это было роздано представителям, которым предписывалось адресно-срочно, вместе с несколькими ящиками препарата (подарочки!), развезти эти наборы по профильным лечебным учреждениям регионов.

Но самое главное, были выбраны люди, обременённые авторитетом, учеными степенями и властью, которые срочно стали созывать профильные конференции во всех регионах страны. Конечно, «забесплатно»! Ведь они спасали женское население Родины!

А «светила гинекологии» из регионов, кто за государственные деньги, кто за деньги Компании, но в свое рабочее время, бросив реальных больных и рожениц, приехали в столицу за передовым опытом… Где в течении двух дней, не жалея себя, выслушивали слова Первых лиц от профильной медицины, о столь нежданно и негаданно свалившейся на головы их пациентов проблеме, и какие теперь их ждут неприятности.

Вплоть до увольнения.

Кормила-поила, веселила-развозила участников Компания.

Когда я сравниваю справочную литературу 1996 года, где в показаниях к применению препарата показано несколько различных заболеваний, с литературой, изданной спустя 10 лет, в которой только этот препарат показан для лечения уже привычного для страны единственного «заболевания», то понимаю, что «запуск» был успешный: ведь все знают, что антибиотики столько не живут… Гинекологи по-прежнему назначают его направо и налево, абсолютно не представляя, как же они обходились без него раньше.

Привыкли.

8. Чем и как лечат души.

«…чернокожие пациенты страдают сердечной недостаточностью в два раза чаще, чем люди белой расы. Исходя из генетических особенностей чернокожих, компания „Z“ разработала препарат для лечения у них сердечной недостаточности…»

Как и во всех других специальностях, во врачебной существуют ситуации, когда нужно вести себя крайне серьёзно.

Возьмём психиатров, этих «технологов человеческих душ», по сути, ни за что не отвечающих… Ведь, как известно душа — это что-то неописуемое и неописанное, а раз её невозможно описать, то…

Её может и нет совсем…

А значит, состояние души «до» и «после» обращения к психиатру, в соответствующей документации может описать и оценить… только сам психиатр.

Однако, есть вещи, за которые даже психиатр может ответить по всей строгости закона… Который, как известно, суров…

Это рецепты. Особые рецепты для выписки сильнодействующих и психотропных препаратов. Существует целая система для их учета и контроля. Сам рецепт печатается на номерном бланке особого цвета, с несколькими степенями защиты. Кроме этого, он должен быть заверен несколькими печатями. Соответственно, процесс выписки, выдачи, хранения, и т. д. подобных рецептов и препаратов находится под контролем особых служб.

А особым службам надо не только контролировать, но и кого-то ловить, а затем рапортовать.

Представьте, сколько проблем сваливается на голову доктора, который уже и забыл, когда выписывал рецепт даже на обычном рецептурном бланке, да ещё и на латинском языке, как это положено (Recipe (лат.) — возьми). Писать-то пишут, но на листочках, которые им приносят представители фармацевтических компаний. И, конечно, без подписи и врачебной печати: так и сам больной может…

А здесь-особый розовый номерной бланк, несколько печатей, ежемесячный отчет, и т. д., и т. п. Понятно, что врачи выписывают подобные рецепты в случае крайней необходимости… Например, если больной очень требует подобный препарат: привыкает, знаете ли. Как наркоман.

Хотя, это уже и есть наркоман. Медикаментозный.

Такие препараты имелись и у нас. Да не простые. А стратегически важные. Один из них, зарегистрированный в США в психоделических 60-х, как препарат выбора, именно для лечения панических расстройств. Зная о привязанности американцев к посещению психоаналитиков, можно предположить, что его назначали каждому второму. А посему, он и стоял на втором месте по продажам среди всех препаратов Компании.

И второй, по утверждению Компании, близкий к «идеальному» снотворному. Самый широко применяемый в мире. Из «хорошего» — его применяют даже летчики гражданской авиации США, (смена часовых поясов, знаете ли). Из плохого — стрельба на улицах, со смертельным исходом, в одной из стран Европы, человеком, принимавшим препарат. Из-за чего препарат изъяли из продажи. Правда, только в пострадавшей стране. Но через пару лет препарат вновь стали продавать, уменьшив дозу и вписав в раздел «Побочные эффекты» Инструкции, слово «агрессивность».

Ещё препарат. С ним на тот момент ничего примечательного не происходило. Единственная проблема — трагедия в одной из стран Европы, когда после совместного пребывания в ресторане, жена убивает горячо любимого мужа (мнение соседей!) тремя выстрелами из пистолета. После проведённого расследования выяснилось, что женщина регулярно принимала близкий аналог нашего препарата, но производимый конкурирующей компанией. Уже позже мне стало известно, что этот близкий аналог, был доказанной причиной самоубийств в 1885 случаях, всего лишь через 6 лет после начала его продаж. А о том факте, что скромный и тихий европейский служащий, убивший в 1988 году восьмерых своих коллег и ранивший двенадцать, также принимал именно этот препарат, я узнал совсем недавно. Настоящим «подарком» нашей стране стал выпуск лекарственного препарата, абсолютно идентичного состава, но, естественно, под другим названием… аж тремя отечественными немаленькими фармацевтическими заводами… Что, конечно, сделает его доступнее широким слоям нуждающихся.

К слову, пока писалась эта книга, четырежды произошла немотивированная стрельба, как в Европе, так и в Америке. В двух случаях в новостных выпусках прозвучала информация о приёме стрелявшими каких-то антидепрессантов.

Как вы понимаете, закупать подобные препараты мало кто хотел. Вернее, хотел, но не мог. У кого и были возможности — тот не имел средств, у кого были средства — тот не имел возможностей. Добавляет пикантности тот факт, что и реализовывать подобные препараты могут только специализированные государственные учреждения. Понимая всю сложность ситуации, руководство Компании пообещало бонус, в размере годовой заработной платы, тому из сотрудников, кто изыщет «ключевые фигуры», имеющие и средства, и возможности, и желание.

Такие были найдены. Всего лишь за половину бонуса сотрудника, которую подарили наличными.

Сотруднику, соответственно, досталась вторая половина.

9. Отходы - в доходы.

«…в Австралии было изъято из продаж успокоительное средство „Y“, от которого, вместо ожидаемого эффекта, у пациентов развивались галлюцинации и наблюдались симптомы наркотического отравления…»

Сердечный приступ, случившийся в середине 90-х, почти за 150 км от специализированных клиник, унёс в могилу бывшего крупного коммунистического босса. Впрочем, в то время он уже поменял ориентацию, и стал одним из столпов «государственности», вернее, нарождающейся «бизнес-элиты». Видимо, душевные страдания из-за произошедших перемен и спровоцировали приступ.

Рядом находился врач, но без соответствующего «чемоданчика» с набором особых медицинских препаратов, он только расписался в собственном бессилии.

В то время уже существовали препараты, быстрое введение которых в подобных ситуациях, могло спасти жизнь. Стоили они тогда очень дорого, но после этого случая, в стране появились люди, конечно, из «незаменимых», возящие с собой «на всякий случай» эти препараты. «Всякий случай» не происходил, истекали сроки годности, препарат заменялся новым.

У Компании был подобный препарат. Дата рождения — всё те же 60-е. Препарат был продуктом жизнедеятельности болезнетворных бактерий. Для полноты картины добавлю, что конкуренты выпускали подобный препарат из мочи. Из-за долгого пути превращения, в общем то, отходов в полезный продукт, и получалась подобная цена. Конечно, было много побочных эффектов, но возможная польза превышала возможный вред.

Для вывода на рынок требовалось организовать несколько мероприятий.

Кардиологи и сосудистые хирурги, люди в общем-то уже разбалованные — должны были научиться лечить, и, соответственно, назначать наш препарат.

Местное светило, дважды Академик, и прочая, прочая, прочая, за положенную 100 долларовую купюру в течение 10 минут рассказывал, как это печально, когда на каждые 100000 случаев инфаркта миокарда приходится 11000 смертей. Затем выступила «группа товарищей», которые рассказали присутствующим в зале, какие же методы используют присутствующие в зале, в подобных ситуациях.
Методов было немного. Положенная им сумма — тоже в два раза меньше.

Затем выступал привезённый из столицы лектор — обычно, это кандидат медицинских наук. Вот он-то и рассказывал присутствующим, как под руководством академика Х., что, когда, да как делалось.

Несмотря на очевидную новизну и относительную доступность использования, в этом городе препарат, что называется, «не пошёл».

«Пошёл» другой, конкурирующей фирмы. В чём-то он был лучше… Но и его стоимость была в 15 раз дороже… А ведь, в дополнение к нему, пациент вынужден покупать и другие медикаменты, для сопутствующей терапии… Зато местные врачи получали «комиссионные», за каждое «инновационное» использование.

Неудачный «старт» препарата в одной области с лихвой компенсировался в другой, соседней. Здесь врачи были и более умелые и менее избалованные. В итоге, из-за доступной цены, пациентов, оставшихся в живых, было больше…

Хотя, кого это в нашей стране интересует…

10. Витамины. "Вита"-жизнь, а "мины"-мины?

«Крупнейшая в Австралии фармацевтическая фирма „Z“ вынуждена отозвать из продажи целый ряд своих препаратов. Конфискации подлежат препараты 219 наименований, однако список, видимо, значительно увеличится».

Я уже упоминал о том, что в ассортименте предлагаемых на нашем рынке препаратов Компании присутствовали витамины.

Витамины в свое время сделали Компанию знаменитой на наших просторах… Настоящие, американские… Казалось, кто, как не американцы, принимающие их килотоннами, должны в них понимать больше, чем остальные. Оказалось, всё не так просто. Набравшись определённой наглости, моё руководство обратилось непосредственно в Посольство, дабы выступить в роли поставщика американских витаминов непосредственно американским дипломатам и членам их семей. Через некоторое время был получен отказ, с мотивировкой, что «эти витамины не входят в схемы лечения, разработанные в США для дипломатических миссий».

Тем временем, на рынке страны появилась ещё и европейская компания, производящая и продающая витамины. В Европе о ней мало кто слышал, угроза казалось пустяковой. Однако, большим рекламным бюджетом и агрессивными методами продвижения она заставила говорить о себе. Правда, только в нашей стране. А тот факт, что кроме витаминов шести наименований, больше ничего не предлагалось, и соответственно, сотрудники занимались только ими, существенно расшатал рынок.

Витамины — специфический товар. Если после многодневного приема человек не заболевает, он думает, что витамины помогли. Если же заболевает, то становится привычной другая мысль: «надо же, даже витамины не помогли». И меняет, либо дозировку, либо фирму-производителя.

То есть, по большому счету, от компании-производителя требуется, чтобы этот профилактический товар был «белым и пушистым», не вызывая отрицательных эмоций в момент приема, или сразу после него. Таким же способом морят крыс: нужно, чтобы съевшая отравленную приманку крыса умерла не сразу, а через пару недель, от «типа, естественных причин». Тогда «группа товарищей» ничего не заподозрит. И повторит её путь

А ещё лучше, сделать эти эмоции положительными: ну там красивый цвет и упаковка, разрекламированные модность и актуальность, весёлые пузыречки в стакане, маленький сюрприз в упаковке, т.п.
Ну, а если ещё и без неприятных ощущений в животе и разного рода аллергических проявлений-то препарат, субъективно, лучше не бывает!

И если с внешним дизайном и «приблудами» в виде детских игрушек, у появившихся препаратов всё было в полном порядке, то внутреннее наполнение пострадало. Принимавших «сыпало» немилосердно, а наличие специальных форм именно для детей в возрасте от 0 до 1 года, и от 1 года до 4, сдвинуло проблему в разряд трагедии. Естественно, только для родителей.

Но обрадовало компании, торгующие противоаллергическими препаратами.

Вообще, понимая, что дети, а особенно младенцы, пациенты специфические, менее жадные компании указывают в аннотациях к препарату на ряд ограничений по приёму, основными из которых являются возрастные. И если раньше запрещалось принимать многие препараты пациентам моложе 6 лет, то теперь в ЕС эта цифра увеличилась до 12. Конечно, эти меры продиктованы не какой-то особой любовью к детям. Просто вероятный вред и естественно, «резонанс», часто превышает возможную прибыль: молодые мамки — существа непуганые, общительные и агрессивные… А подобным образом компании снимают с себя ответственность за возможные побочные эффекты, перекладывая весь её груз на лечащего врача.

Ну, а педиатры, на свой страх и риск, разбавляя или переполовинивая дозы, рассчитывая миллиграммы на килограмм, лечат детей, используя «взрослые» препараты. Строго педиатрических препаратов существует крайне мало, а сам факт указания на их «педиатрический» статус, чаще всего используется только как удачный маркетинговый ход.

Тем более странной показалась ТВ-реклама витаминных препаратов, рассчитанная на детей столь маленького возраста: в ролике «мультики», игрушки, раскраски, т.д. Не говоря уже о самом факте приёма витаминных препаратов детьми, как предписывает аннотация, от 0 до 1 года. Человеческие детёныши, как и остальные млекопитающие, тысячелетия получали пусть и не такой красочный (в смысле разноцветный), но весь необходимый комплекс витаминов и минералов без сомнительной помощи извне, поглощая только материнское молоко. О детской аллергии на безмедикаментозное материнское молоко мне слышать не доводилось.

К чему приводят рекламные ухищрения фармацевтических фирм, я увидел несколько позже. Мама с девочкой лет 3–4, находясь в аптеке, покупала препараты. Ребёнок от безделья шарил глазами по витринам. Заметив знакомые, видимо по телевизионной рекламе, упаковки, девочка преобразилась. Начав бить кулачками по стеклянной витрине, она истерически выкрикивала довольно длинный и маловразумительный рекламный слоган, правильно произнося название препарата из аж 13 букв, с истерическим требованием его немедленно купить.

И ведь это только половина проблемы. Даже купив и начав давать ребёнку, может, совсем ненужный ему препарат, мама вряд ли сможет выдавать даже предписанную производителем дозу. Скорей всего, ребёнок потребует её увеличить.

А что будет, если он сам доберётся до заветной бутылочки, в гордом одиночестве, без мамы?

Витамины, после своего открытия, были настоящим прорывом в области медицины… Казалось, что они способны защитить здоровье самым дешёвым способом, не давая человеку заболеть. Почти сразу были открыты и названы несколько опасных для жизни состояний: «гипо- (пониженный) витаминоз», и «гипер- (повышенный) -витаминоз», ну, и скромное-размытое-пограничное «авитаминоз». Все эти состояния, естественно, отличались от нормальных, ну, а для того, чтобы организму было хорошо, нужно определить, что же такое «нормальность».

Видимо, «нормальность»- это усреднённая суточная потребность человеческого организма в каких-то определённых количествах витаминов.

Было бы правильно учесть пол, возраст, режим питания, наличие хронических заболеваний, минеральный состав воды, содержание пестицидов в пище, загрязнённость среды обитания, выполняемую работу, время года, количество ультрафиолета, время пребывания на свежем воздухе, вредные привычки, индивидуальную усваиваемость-переносимость, перенесённые заболевания, т.д., т.п.

Хотя кто из нас, перед тем, как купить себе витамины «поболе-покрасивше», согласился бы выполнить даже минимальные рекомендации Всемирной Организации Здравоохранения?

А именно: «…провести количественную оценку концентрации витаминов и минералов в различных биосубстратах человека (цельная кровь и плазма крови, эритроциты, моча…), для дополнительного назначения минералов, в качестве скринингового исследования… использовать элементный состав волос, а также спинномозговой жидкости, желчи, биоптатов шоковых органов…» То есть, по-простому, всё это называется индивидуальным подходом к каждому пациенту.

Понятно, что никто этого не делает, так как кроме знаний, нужны ещё и возможности, а тот печальный факт, что просчитать совместимость и метаболизм более чем двух химически активных веществ в организме невозможно, умаляет желание врачей этим заниматься вообще. Как говорится, ни денег, ни славы…

Однако, даже вся эта тщательным образом проделанная тяжелая работа по определению в себе количеств того или иного витамина-минерала, может пойти насмарку, после того, как вы поедите в общепите, или купите «еду» в магазине… Скорей всего, щедрый технолог, по науськиванию маркетолога (так купят быстрее!), уже «забодяжил» каких-нибудь витаминов в фасованные продукты… А до этого «щедрый» зоотехник «бодяжил» витаминные препараты своим подопечным… Всем сестрам — по серьгам…

Даже сделав эти грустные выводы, рискну предположить, что разница в количественном составе каждого выпускаемого поливитамина, у каждого из производителей, в каждой суточной дозе, должна отличаться от «общепринятой-усреднённой», ну может быть, на несколько процентов. Что мешает каждому производителю, взять да и намешать в свой продукт пропорции витаминов, рекомендованные непререкаемым авторитетом — ВОЗ?

И что имеем?

Вот количественный состав одной среднесуточно-среднестатистической дозы поливитаминного препарата с минералами, нескольких именитых производителей, (данные Справочника), только по четырём «незаменимым» витаминам:

Витамин B1, от 800 МЕ до 5000 МЕ. Разница в 6 раз;
Витамин B2, от 10 мг до 30 мг. Разница в 3 раза;
Витамин B3, от 0 МЕ до 400 МЕ — что, в 400раз?
Витамин B4, от 1,7 мг до 5 мг — в 3 раза.

Как говорится, почувствуйте разницу!

То, что суточная доза всё-таки существует, подтверждают рекомендации Всемирной Организации Здравоохранения, цитирую: «Массовая профилактика гиповитаминозов во всём мире проводится витаминами в дозах, не превышающих суточную потребность».

К тому же, нужно учесть, что в одной дозе находится порядка десяти взаимодействующих между собой «незаменимых» наименований витаминов и столько же «незаменимых» минералов, а тот факт, что для каждого производителя «незаменимые» витамины и минералы «свои», вообще задвигает проблему в разряд непросчитываемых. Вернее, результат непредсказуемый.

Похоже на бардак…

Тем не менее, считая, что потребитель, скорей всего, купит тот поливитаминный препарат, в котором всего «побольше», фармацевтические компании правы. На нашем рынке в 1997 году было зарегистрировано порядка 60 наименований подобных поливитаминов, в 2000 году эта цифра возросла до…300, в 2005 вплотную приблизилась к 500. То есть, поглотив почти в 10 раз больше наименований, мы стали, как минимум, в 10 раз здоровее. С чем вас и поздравляю.

Не удержусь от ещё одной цитаты — вывода ВОЗ: «… и в лечебных, и в профилактических технологиях витаминной и минеральной коррекции, проблема выбора конкретного препарата и проблема его дозирования стоит чрезвычайно остро. Лечение — это прерогатива врача. При этом, вопреки распространённому мнению, минеральная коррекция должна проводится только при доказанном дефиците того или иного элемента, и по возможности, монопрепаратами»

Однако…

Ввиду древности происхождения, широкой известности со времен Советского Союза и неплохой репутации, наши поливитамины для Компании практически ничего не стоили.
Их создание, производство и репутацию давно проплатили, вложенные деньги они вернули, текущих расходов на рекламу было немного, витамины продавались сами собой, так сказать, по инерции.

Чего нельзя сказать о появившихся новых конкурентах. Они очень активно продвигали свою, пока менее известную продукцию, часто пренебрегая писанными и неписанными правилами продвижения лекарственных препаратов. И надо сказать, достигли впечатляющих результатов в их продаже. Более того, ими даже проводились скандальные акции с доморощенными тестами по дискредитации «наших» препаратов в прессе и среди медицинских работников.

Каково же было мое удивление, когда через какое-то время, на упаковке очередных зарегистрированных «новых» витаминных препаратов, я увидел торговое название своей бывшей американской Компании. Но произведены они были теми самыми бывшими «непримиримыми врагами», их европейскими конкурентами.

11. "Сами с усами?"

"Специалисты Технологического университета N (США) получили трансгенный листовой салат, в котором содержание витамина С повысилось на 700%. Такого результата удалось достичь, используя гены крыс..."

Через несколько лет, выбирая между новой западной компанией и крупнейшей отечественной, я выбрал отечественную. К тому времени различия в зарплате и условиях работы между западными и отечественными компаниями практически нивелировались, и к "нашим" потянулся народ. Сыграл какую-то роль и "патриотизм".

В наследство от Советского Союза, "моему" заводу достался гигантизм и наилучшее в Союзе оборудование, и, что естественно, самый большой процент фармацевтического рынка страны.
И из-за чего у завода была довольно большая "фора", в сравнении с другими отечественными фармацевтическими заводами.

Имея государственную поддержку, и соответственно, средства, но также понимая, что это "не навсегда", заводом предпринимались попытки стать недостижимым для конкурентов, внедрив у себя, и таким образом "спрятавшись", за Европейскими законодательными нормами, касательно фармацевтического производства, так называемые GMP - Good Manufacturing Practice

"Надлежащая производственная практика" (GMP), как задекларировано ВОЗ, призвана не столько оградить отечественных потребителей от некачественной фармацевтической продукции, но обеспечить "...условия для торговли лекарственными средствами на рынках ЕС, и других зарубежных стран,основным критерием присутствия на которых, является обеспечение качества, и в первую очередь, за счет выполнения принципов и правил GMP".

Вот под этим стягом и развернулись дальнейшие сражения.

Несмотря на свою стратегическую величину и государственную значимость, заводом командовали члены только одной семьи. Несомненно, лучшей из лучших. Элитной.

Папа, он же директор, мама, она же гл.бухгалтер. Ну, и пара детей, как водится, где-то, в других странах набирающиеся управленческого опыта... Но со своевременной зарплатой, и на ключевых должностях, ведущие "родной" завод к процветанию "удаленно и по приборам".
Из других примечательных личностей можно отметить ещё и юного самородка, за пару лет поднявшегося с творческой должности грузчика, до заместителя генерального директора, но до того, так и не удосужившегося получить даже обычное высшее образование. Видать, не хватало времени...
Конечно, потом он добился соответствующего статусу образования - как говорится, с кем поведёшься... Но это было потом.
А продвижением медпрепаратов руководил юный математик. Которому в общем, было всё равно, что продавать: не до медицинской этики. Но это уже не выглядело шокирующе...

Как часто бывает в нашей стране, где-то за городом, очень недорого, папа прикупил линию по производству и упаковке мягких лекарственных форм - просто мазей.

Историю именно этого приобретения не знаю, однако знаю подобную.

Один из крупных европейских производителей, создавая совместное предприятие, установил бывшую в употреблении линию по фасовке снимаемых с рынка ЕС лекарственных препаратов, в одном из городов нашей страны. Понятно, не члена ЕС. Под поставки своей же, проштрафившейся субстанци.
Фасовала, управляла и продавала готовую фармацевтическую продукцию "не халявщик, но партнёр"- местная строительная фирма.

Эта линия очень приглянулась директору другого крупного отечественного фармацевтического завода. Который и сделала необходимые телодвижения для её приобретения и перевозки.
Приехали немцы, а линии-то и нет! Вот смеху-то было! Вот уже 8 лет разбираются.

Наверное, не могут найти.

12. Масло масляное

"Фармацевтическая компания N добровольно отозвала свой препарат Y с рынков 80 стран мира, оказавшийся смертельно опасным. Как засвидетельствовало руководство компании, это решение было принято с учётом интересов пациентов"

Но-дёшево ли, дорого ли, а генеральным папой линия куплена, деньги потрачены. Остаётся пользоваться.
Задачей для впервые созданного отдела по продвижению "новых" лекарственных препаратов, было выведение на национальный рынок новых наименований мазей. Ну, и соответственно, подъем уровня их продаж до возможного максимума.

Задача сложная. Кроме того, что имеющегося ассортимента хирургических мазей стране хватало-за войну их и напридумывали, и даже отсортировали, в мире уже наметились тенденции отхода от их использования во врачебной практике.

Тому было и есть несколько причин. Основная - их фармацевтическим компаниям не очень технологично этим делом заниматься: хлопотно и дорого. На причинах подробно останавливаться не буду, остановлюсь только на методах продвижения.

Мази, в банальности своей, откровенно говоря, были та́к себе. Конечно, была парочка серьезных препаратов, но они терялись в общей массе. А всего нужно было сделать популярными полтора десятка наименований, не делая различий между сильными и слабыми позициями.

И если почти всё было понятно, то откровенно озадачивали два препарата. По составу, на 99,9 процентов идентичные, они были различны по цене и названию, и немножко, по основе. К тому же, предназначены, как указано в Инструкции, для решения несколько разных проблем.

Различия были в составе мазевой основы. Для справки: основа - это та субстанция, которая доставляет молекулы лекарственного вещества непосредственно в очаг-гнойный, воспаления, т.д.. Соответственно, основное свойство субстанции- возможность проникновения через ткани организма. А это зависит от размера молекулы субстанции.

Молекулы основы, этих идентичных по составу, но разных по названию мазей, теоретически отличались друг от друга на очень маленькие величины.
Соответственно, определить разницу можно было только в лабораторных условиях. И не исключено, что результаты исследований пришлось бы подгонять под теоретические расчёты.
Ещё одинаковые мази отличались по описанию в Инструкциях, и соответственно, в Справочнике. Так, в одном препарате, содержание действующих веществ было написано в процентах, а в другом - в граммах на 100 грамм.
Но, если бы кто-то озаботился переводом одних величин в другие, то обнаружил бы их полное совпадение.

Ну, и "высшим пилотажем" работы с Разрешительными органами, был тот факт, что идентичные по составу препараты были внесены в разные разделы справочника- один в D03А "Средства для лечения ран и язвенных поражений", другой в D06В, "Химиотерапевтические средства местного применения" соответственно.

Как в анекдоте:

Директор коньячного завода: "Пачему на конкурсе каньяк 5 звезд занял первое место, а каньяк 3 звёзды- только третие?"
Члены делегации в ответ: "Сами удивляемся. Из одной бочки наливали..."

Идея для продвижения всех этих мазей предлагалась следующая. Как известно, процесс заживления ран имеет несколько фаз (стадий). Эти стадии принципиально важны, и для своего завершения требуют разных условий. Вот этими разными мазями и предполагалось идеально создавать разные условия.

Конечно, теоретически-математически, всё выглядело замечательно. Проблема была в том, что в производстве существовали и древние мази, для использования только в одной фазе, и уже более совершенные, допускающие использование в трёх или даже четырёх фазах.
В разработанной схеме предполагалось задействовать... весь ассортимент.
То есть, наученный-простимулированный врач назначает, а пациент покупает для лечения раны не 1-2 наименования, как раньше, а 7-10, дабы пользоваться ими в строгой очерёдности. И они все должны быть производства нашей фирмы.

Вновь были задействованы административные рычаги. Наряду с региональными представителями компании, большие чины от медицины, став на "защиту" "отечественного производителя", проводили массу конференций, съездов, просто "слётов", дабы провести в жизнь эти революционные новшества. Их можно понять: многие мази, "изобретённые" самими "чинами" в уже далекой молодости, только сейчас нашли свое применение. Как не помочь?

Хотя, должен сказать, что метод прижился наполовину. Часть хирургов по-прежнему используют ещё военной поры мази, и почти не имеют с ними проблем. Другая же часть лечит по-новому. Есть и третья часть, считающая, что в большинстве неосложнённых случаев не нужно проводить стимулирования ранозаживления. А посему - не модно быть модным, модно быть умным.

На то они и хирурги.

Чтобы подзаработать денег, отечественный флагман фармации, единственное предприятие отрасли, наиболее близко стоящее к введению у себя норм GMP, которые позволят реализовывать продукцию и в остальном мире, реализовал ещё один финт.
В советские времена это называли пересортицей, и если ловили, то по сумме содеянного, часто расстреливали.

Потребителям предложили рекламный ролик с зачем-то кашляющим дедушкой, в несколько раз повышенную цену, красивый коробок и "благозвучное" название типа- "супер"...Немало...

Но из самого, довольно древнего, за советское время ставшего именем нарицательным, четырехкомпонентного препарата, (который потребителей устраивал), волевым решением забрали два нелишних компонента, попутно увеличив дозу оставшихся банальных компонентов в 2-3 раза.

После чего он перестал быть тем, чем был. Но стал "новым", ещё одной дорогой строчкой в прайс-листе, но по составу похожим на своего, в 6 раз более дешёвого, собрата. За что и были выданы премии, грамоты, и т.д. Орденов страна, кажется, не давала...
Всё понимаю... Но зачем было название оставлять? Как-то мелочно...

13. Что, дым отечества по-прежнему приятен?

"Очень многие находящиеся в продаже в аптеках Германии медикаменты, не прошли до конца процедуру допуска ведомством здравоохранения. Однако это не мешает аптекам страны успешно заниматься бизнесом"

Обычно, когда правительством делается какая-то несусветная, как кажется электорату, глупость, параллельно предпринимаются попытки как-то подсластить пилюлю-обьяснив причины.
Причин, в общем-то немного. Одна из основных- защитим национального производителя, или, в идеале, "свой - к своему - по своё!"
И народ понимает. Всё правильно: зачем, к примеру, содержать каких-то улыбчивых турецких, китайских или индийских парней, давая им работу, которую мы сами, у себя, и для себя можем сделать?

Сам себе сама!

Защита приносит свои дивиденды. Так, в стране сейчас около 200 легальных фармацевтических производств. Может, столько же нелегальных.
Но так это или нет, очевидно одно - за последние несколько лет их количество увеличилось на порядок. И это, как для их владельцев, хорошо...

Во время очередной медицинской выставки я работал на стенде своего отечественного завода. Ко мне обратился индус, который представлял какую-то индийскую фармацевтическую компанию. Широко улыбаясь, он общался со мной так, как будто мы были давно и хорошо знакомы.

В то время классические индусы у нас встречались редко, а моих знакомых индусов, вообще, было меньше, чем один. Я его решительно не мог вспомнить. Видя моё недоумение, он порылся в своем портфеле и вдался в необходимые объяснения.
Из портфеля были извлечены копии договоров на поставку порядка полусотни наименований субстанций, из далёкой Индии, нашему "отечественному производителю".
Индус говорил о том, что у них открылось производство по выпуску ещё одной субстанции, а это значит, что совсем скоро и отечественные заводы начнут "выпуск" нового препарата для защиты печени.
Так и случилось. Примерно через месяц нашему отделу была роздана информация о "новом" гепатопротекторе. Сказали, что субстанция для его производства использовалась... швейцарская, и что, соответственно, качество препарата гарантировано, о чём мы и должны были говорить в аптеках и врачам, дабы они без опаски рекомендовали его пациентам.
Почти сразу о выпуске подобных препаратов объявили и другие отечественные заводы.

Уж не знаю, какие из "цивилизованных" стран были задекларированы поставщиками субстанции для производства "отечественных" гепатопротекторов на эти заводы, но данное событие было расценено, оценено и раструблено, как очередное достижение отечественной фармации.

Должен сказать, что интерес именно к гепатопротекторам возник не на пустом месте. Массированная реклама водки заставила потребителей озаботиться состоянием своей печени, о существовании которой никто из "вкушающих" ранее и не подозревал:раньше алкаши умирали "по пьянке", а теперь цивилизованно - "от цирроза..."

Появившиеся, согласно рекламных слоганов, новые невредные "сорта" разведённого "родниковой водой" спирта, кроме классического 40%- процентного соотношения, "содержащие" ещё и драгоценные металлы, либо (!) благородные газы, или продукты животного происхождения(конечно, полезное молоко), призвали под свои знамена миллионы новых "продвинутых" потребителей. Которые и бросились "спасать" свою печень.

Видимо, не за горами время, когда и спиртное, и гепатопротектор будут предлагаться в комплекте, либо, что удобнее, "два в одном" флаконе".

Но уже не редки случаи, когда наряду с предпраздничными закупками спиртного, в наборе покупаются и препараты, призванные, по утверждению рекламы, "защищать печень".

Глядя на количество зарегистрированных для этой цели медицинских препаратов, которых в 1997 году было 13, в 2000-31, а в 2006-45, понимаешь, что люди, видимо, осознанно покупают подобные препараты, делая попытки "заботиться" о своём здоровье и о здоровье своих близких. Не прекращая, впрочем пить...
Такой вот "цивилизованный"... алкоголизм.

Дошло до дикого: крупнейший европейский фармацевтический производитель опустился до того, что рекламирует свои, вводящиеся внутривенно, гепатопротекторы...на троллейбусных остановках. Пикантности добавляет и тот факт, что само это наименование зарегистрировано и продается только в нескольких странах СНГ, а остальной мир отказался от него 30 лет назад.

Все мои попытки найти более-менее достоверную информацию, касательно "целительного действия" основной лекарственной субстанции абсолютного большинства представленных на отечественном рынке гепатопротекторных препаратов, натолкнулись на многообещающую фразу "Со времён глубокой древности было известно о целительных свойствах..."
Далее эта фраза кочевала и склонялась из "труда в труд": очень удобно "со времен древности" и всё тут!
Каких-то иных, не проплачено-заказных материалов мне найти не удалось.

Да и кто будет оспаривать то, что и всем, и давно, и уже известно. Уж лучше потратить свой исследовательский пыл на "доказывание доказаного"... Может, и деньжат кто подкинет...

Через пару лет я подустал устраивать "бурю в стакане воды", выискивая всё новые теоретические достоинства у предлагаемых отечественно-индийских субстанций. Пришлось принять предложение из Европы.

14. Ученье свет. А неучёных - тьма!

"В конце декабря 2002 года, в Верховный суд Дели обратились местные педиатры с требованием запретить препарат S. Они засвидетельствовали, что использование жаропонижающего сиропа S привело к серии летальных случаев среди детей."

Признаться, такое я встретил впервые. Как оказалось, несколько "небольших" европейских фармацевтических компаний, дабы не тратить сил и средств на рекламу и продвижение своих препаратов, отдали их "в откуп" рекламному агентству. Которое, установив свою "справедливую" цену и наценку, начало продвигать медицинские препараты "обычными" способами.

Вот только болезни, для лечения которых предлагались, в-общем, сравнительно неплохие препараты, вызывали ужас. Как вам препарат для лечения рассеянного склероза? Или препарат для лечения карликовости?
Картину дополняли препараты для лечения бесплодия, язвенных поражений толстого и тонкого кишечника.

Болезни, к счастью, не распространённые. Компаний, работающих в этом направлении тоже немного. Препараты, соответственно, редкие и дорогостоящие. Естественно, врачи, которые этими болезнями занимаются, также встречаются нечасто.

А потому, был избран "справедливый" путь. За каждый назначенный и купленный больным препарат врачу предлагалось "небольшое" вознаграждение: несколько процентов от цены препарата.
Деньги привозились и вручались представителями компании в конвертах, под подпись. Иногда приходилось дарить упаковки препаратов, для коллекции и ознакомления.
Кроме этих приятных мелочей, компанией предлагалось и участие в научных "съездах", которые проводились несколько раз в год, как правило в наиболее живописных уголках Европы.

Конечно, раньше эти конгрессы с шиком проводились по всему миру, однако боязнь терроризма сдвинула места проведения конгрессов в более спокойные места.
Ну, и экономия средств налицо...
Попробуйте представить продажи компании, если она, в результате какого-нибудь террористического акта, одновременно лишится своих лучших "штыков"?
Конечно, их место займут новые, однако их придётся ещё обкатывать и приручать... А для этого необходимо время, лишние финансовые затраты...Лучше такой вариант исключить.

Однако, дважды в одном месте съезды не проводятся. А список мест проведения конгрессов публикуется в начале года. Соответственно, каждый выбирает для себя, в соответствие со своими запросами и возможностями.Такое себе "элитное" туристическое агентство.

Но есть и маленькая проблема. Добираться "лидеры мнения" в отдалённые места проведения урбанизированных пикников должны за свой счёт, что по мнению руководства компании, также должно стимулировать продажи: больше назначишь-дальше(чаще) поедешь... В том смысле, что будет за что...

Многозвёздочные отели, знаменитые рестораны, возможность на равных пообщаться со своими зарубежными коллегами с мировым именем, просто так, за здорово живёшь, прочие атрибуты красивой жизни, которые благодаря сотрудничеству с фармацевтической фирмой стали доступны...

Хоть на время...

Конечно, после подобных вояжей лояльность к препаратам компании не имела обозримых границ. Конечно, они назначались, конечно, в количествах, которые более чем...
Мои "подшефные" доктора посещали подобные слёты по несколько десятков раз...

Справедливости ради скажу, что на этих "конгрессах" мероприятия, связанные с современными методами лечения и достижениями в данной конкретной области медицинской науки всё же проводятся. Более того, фирма очень ревностно следит за тем, чтобы доктора были на следующий, "научный" день и в форме, и в полном составе. Как в сектах...

Конечно, "современные достижения" связаны с каким-то новым использованием препаратов компании, как старых и хорошо известных, так и новых, которые только запустили в производство.Что, безусловно, положительно сказывается на продажах.

Представьте доктора, который, как Гобсек, тихонько копил деньги, дабы поехать на конгресс... И который узнал, что препарат Z любимой компании можно использовать, ещё и так, и эдак... А здесь - так он вообще, оказывается, незаменим! Как говорил один мультипликационный герой: "Ура! Теперь мы вдвое больше..."

Не знаю, как вам, а мне представляется ещё и Михайло Ломоносов, по морозу, сквозь снег и пургу, бредущий за знаниями в Москву...

Скорей всего, польза от таких "неформальных" контактов отечественного профессорско-преподавательского состава со своими заморскими коллегами присутствует.
Наверное, существуют и пациенты, которым довелось, благодаря подобному конгрессу, испытать на себе новые веяния мировой медицинской науки.

Вот только там все доклады делаются на европейских языках, а "отечественных светил", бегло владеющих оными, либо воспринимающие оные на слух, мне встречать не доводилось. А переводные статьи и представитель компании принести может...

Чтобы не развращать медицинских представителей столь тяжёлыми полномочиями (наличные в конвертах и возможность отправлять в зарубежные командировки отечественных "светил", вскружило голову многим незрелым умам), в головном зарубежном офисе компании существовала должность эмиссара по этим вопросам. Человек прекрасно владел русским языком, долгое время прожил в СССР. Даже жена его была из "наших".
Эмиссар почти всё время находился в командировках по СНГ, объезжая и общаясь со своими "подопечными".
В его обязанности входили личные контакты с представителями местной медицинской "элиты", сбор информации о положении на рынках и настроениях врачей. Ну, и конечно,участие в неординарных тендерных закупках, улаживание конфликтов, а также организация и проведение нужных клинических исследований.
Которые, естественно, требовали и неординарных денежных вливаний...

Еще одним краеугольным камнем деятельности этого рекламного агентства была борьба... с бесплодием. Отечественные "нувориши", - те, которые из категории "нуворюг" (см.выше), - озаботившись тем фактом, что в недалеком будущем количество работающего на них человеческого ресурса невосполнимо уменьшится, лихорадочно начали искать выход из этого тупика.

Первым шагом было подтолкнуть служащее им Государство к осознанию сего прискорбного факта, и, соответственно, декларированию Им готовности финансировать решение этой проблемы из государственного бюджета. Естественно, в каждом более-менее административном центре страны, под эти деньги начали открываться центры по "борьбе" с бесплодием.

Понятно, что их открывали "лучшие люди" региона, чем-то себя зарекомендовашие на этом поприще.

В моем регионе подобный центр открыл бывший сотрудник банно-прачечного комбината, попросту банщик. Связь налицо: где, как не в бане, зачинали потомков наши знаменитые предки, жившие, как известно, вдвадцатером в одной избе, но в тоже время ухитрявшиеся придерживаться высоких моральных принципов...

И где, как не в бане, копируя древнеримских патрициев, проводивших там, как известно, деловую часть жизни, общались партийные, советские и кооперативные бонзы...Что и позволило банной обслуге, много барского тела повидавшей, наравне с персональными водителями, стать важной (и, увы, единственной!) частью нарождающейся Элиты Плебеев.

И что, как не советская баня, оборотившись, враз перекинулась из социализма в кооперативный капитализм, всячески и на все лады ублажая и новых, и бывших "цеховиков". За соответствующее вознаграждение, впрочем...

Опираясь на свои незаурядные познания в гинекологии и андрологии, подобно Леонардо да Винчи, на практике изучив физиологию и анатомию человеческого организма, наш банщик со-товарищи, уподобившись Богу, начал жонглировать яйцеклетками и сперматозоидами.

Естественно, призвав в помощь наместника Бога на Земле- европейскую фармацевтическую компанию, специализирующуюся на этом виде бизнеса.

В свою очередь, фармацевтическая компания, обрадовавшись хоть такой возможности внедрять свои препараты, спешно начала задабривать и обучать этот уцененный по всем параметрам "Центр репродукции", бесплатно давая "горящие" препараты на апробацию и внедрение, и малые деньги за использование.

В результате, за год, число подтвержденных беременностей выросло с 6 до 240.
Естественно, что все они шли от-, по- и на- препаратах компании...

Также понятно, что эти "прирученные" центры стали своеобразными филиалами компании, естественно, корректирующими свою деятельность в строгом соответствии с ситуацией на рынке, расплачиваясь, как минимум, использованием лекарств с "горящими" сроками хранения, как максимум- статистикой по применению и выводом новых, пока еще непредсказуемых, препаратов.

В моем регионе было открыто три подобных центра.

Все вышеизложенное - только часть деятельности гордящейся своей "этикой" компании с традициями. Другая её часть, несколько менее успешная, пыталась заработать на других бедах - гипофизарном нанизме, (по-простому, карликовости), и рассеянном склерозе.
Понятно, что люди, в семьях которых поселилось подобное горе, состоятельностью, за редким исключением (болезнь и смерть делает равных равными!), не отличались. Препаратов, как и "специалистов" для лечения этих ужасных недугов, также было немного. Соответственно, между компаниями производителями шла борьба как за врача, так и за пациента. Врачу, нашедшему платёжеспособного пациента, который был в состоянии оплатить очень недешёвый курс лечения, выплачивались довольно щедрые комиссионные.
И, если в случае с гипофизарным нанизмом было более-менее всё понятно-конечно: курс лечения - больной подрос, перерыв - новый курс, и так до желаемого-возможного роста, то в случае с рассеянным склерозом - болезни непонятной, невыясненной этиологии, поражающей выборочно, неожиданно, непредсказуемо, хотя и статистически редко, всё было по-другому.

Применение наших дорогостоящих препаратов, впрочем, как и препаратов фирм-конкурентов, изменяло состояние больных, даже вроде бы в лучшую сторону, но ненадолго, случаев излечения не наступало. Курс лечения, вернее, курс приёма, тем не менее, равнялся стоимости европейского легкового автомобиля малого класса.
Тем не менее, продажи шли, и были неплохими. За что сотрудники представительства с помпой были премированы наручными часами. Кварцевыми, хотя и швейцарскими.

Через какое-то время мне поднадоело заниматься подобными вещами, а поступившее предложение поработать в самой крупной фармацевтической компании мира- лидере продаж, ликвидировало сомнения. Я стал сотрудником в фирме, задающей тон на мировом фармацевтическом рынке.

Однако, все оказалось не так радужно. Несмотря на задекларированную "крутизну", фирма не считала возможным работающих на неё сотрудников оформлять согласно действующего трудового законодательства-для этого требовалось платить дополнительные денежные отчисления. Т.е. мы лишались медицинской страховки, пенсионных отчислений, ну и много чего ещё.
Зарплата выплачивалась также в черную. Достаточно цинично нам было объяснено следующее. Мол, компания известная, этическая, все с неё берут пример. А значит, если мы, как её сотрудники, каким-то образом покусимся на её репутацию, то сразу же выяснится, что мы формально... не являемся её сотрудниками, и честь фирмы будет спасена. Ну, а вы, в назидание, пойдете искать другую работу.

На деле оказалось, что в компании существут целый отдел, который занимается отслеживанием "этичности" ведения рекламных кампаний сотрудниками представительства, с возможностью наложения "вето" и осуществления различного рода "вливаний" проштрафившимся несчастным.

В итоге, все остальные отделы,(а их было порядка двух десятков), всеми правдами и неправдами обходили существующие порядки. Этика этикой, а планы продаж никто не снижал.

Мой отдел занимался препаратами безрецептурного отпуска и генерическими продуктами. В свое время сей лидер мирового рынка прикупил себе несколько фармацевтических заводов в Восточной Европе, оставил существующую линейку продуктов, и, налепив на них свое "многостоящее клеймо"-бренд, почти без изменений в технологии производства, стал осуществлять торговлю со странами СНГ.

Плюсов было несколько. Во-первых, прикупил за недорого - кризис конца девяностых, знаете ли. Во-вторых, купил конкурента. И в третьих - те заводы строили исключительно для поставок в СССР, а значит - потрясающе удобное расположение для экспортноориентированной отрасли. Ну и почти 40-летняя известность СНГ-овскому конечному потребителю.

Из минусов- наш фармацевтичекий гигант в начале 70-х продал патент на производство одной своей субстанции одному из только что прикупленных заводов.
Тот за 40 лет навыпускался патентованного аналога на многие миллионы долларов, cделав генерический продукт значительно более узнаваемым, чем оригинальный, создав тем самым огромную проблему набирающему сил оригинальному продукту. Каннибализм, знаете ли...

Продолжение следует.


Комментарии (10)

Комментарий №1001098


Анонимус
Все в точку, а разрушение продолжается...

Комментарий №1001160


anna84
Александр,добрый день.Пишет Вам продюсер Первого канала .Мы сейчас снимаем документальное кино о фармбизнесе в России.Хотим пригласить Вас поучавстввовать в нём.Мой контактый тал. 8 916 400 54 91 Анна.

Комментарий №1001163


Анонимус
"Поучавстввовать" - одна грубейшая ошибка и нелепая опечатка вполне обычно для продюсера Первого канала. Анна, почему Александру не в личку пишите?

Комментарий №1001746


Adieu
Что за болезнь? На ум приходит молочница, но это ведь микоз, антибиотиками не лечится, а провоцируется... Или вот где собака и зарыта??? Ну а фармкомпания - Байер, верно?

Комментарий №1001839


Анонимус
Письмо от мальчика Деду Морозу: "Дедушка, забери проигрыватель, который ты подарил мне в прошлом году. Подари мне выигрыватель!" Дед мороз не подарил. Мальчик вырос и пошел работать в фармбизнес.

Комментарий №1006125


Анонимус
одна из компаний - элли лилли, имхо. А где же продолжение? Александр жив и ныне здравствует? )

Комментарий №1006227


Анонимус
Браво! В точку! Даёшь фармакопею! Даёшь стандарты лечения!(говорят стандартов нет- так как их соблюдать государству не выгодно- дорого)! Запретить ввозить всякое говно из-за границы!

Комментарий №1006298


Анонимус
Помоиму компания Пфайзер,а отечесвенная Нижфарм.

Комментарий №1006473


Анонимус
первая компания, полагаю, фармация и апждонс, последняя скорее всего пфайзер. Интересно угадала?